КУЛЬТУРНЫЙ ПОЛК Марк Бернес ...

КУЛЬТУРНЫЙ ПОЛК Марк Бернес и его песни ч.2 Бернесу исполнилось 49 лет, когда судьба подарила ему женщину, ставшую его второй женой и музой. Избранница была на 18 лет моложе Бернеса. Лилия Бодрова (жена Люсьена Но, фотокорреспондента “Пари-матч”) и Марк Бернес впервые увидели друг друга 1 сентября 1960 года на школьном дворе. Школа располагалась в Банном переулке и в то время была единственной в Москве французской спецшколой. Судьба распорядилась так, что сын Лили - Жан и дочка Марка - Наташа сели за одну парту. Через какое-то время на родительском собрании и Лиля с Марком Наумовичем оказались за одной партой - той, за которой сидели дети. К тому времени прошло уже четыре года как Бернес овдовел и жил вдвоём с дочерью. А через три месяца он сказал Лиле: “Уходи от него”, имея в виду Люсьена. И она ушла. Вместе с семилетним Жаном. И ни разу не пожалела об этом. Бернес не делал разницы между приёмным сыном и родной дочерью – к обоим относился одинаково строго и одинаково любил, а жену обожал, часто говоря ей: “Лиля, что ты так много уделяешь внимания детям? У них вся жизнь впереди. А мы не знаем, сколько нам дано”. За 9 лет совместной жизни они практически не рассставались. Жена сопровождала его во всех поездках, она стала конферировать все концерты супруга. Помните его песню “Три года ты мне снилась...” ? Это Бернес пел о ней. А жене говорил: “Ты – моя лебединая песня”, имея в виду свои чувства. А его профессиональной “лебединой песней” стали знаменитые “Журавли”. История создания этой песни такова. В 1966 году дагестанский поэт Расул Гамзатов был в Японии на открытии памятника девочке, ставшей жертвой ядерного взрыва в Нагасаки. Умирая от лейкемии, она верила в то, что спасти ее могут только тысячи белых бумажных журавликов. У девочки уже не было сил вырезать журавлики из бумаги, и тогда из всех стран мира от детей разных национальностей стали приходить посылки. Но даже десятки тысяч белых журавликов уже не могли спасти девочку. Стоя возле памятника, поэт поднял голову вверх и увидел в синем небе клин журавлей. В полете они выстраивались так, будто в своем ряду оставили место для кого-то. Так родились строчки: “И в том строю есть промежуток малый, быть может, это место для меня”. Марк Бернес, прочитав эти стихи в “Правде”, буквально заболел ими. Но кое-что в тексте, по его мнению, нуждалось в поправке. Он позвонил автору в Дагестан и уговорил заменить слово “джигиты” на “солдаты”: “Напиши: “Мне кажется порою, что солдаты, с кровавых не пришедшие полей...”. Пусть наши “Журавли” будут для всех, погибших в военные годы...”. Гамзатов согласился, и песня приобрела ещё более глубокий смысл. Написание музыки к этой песне он доверил своему другу Яну Френкелю. Когда тот закончил работу над ней и исполнил ее Бернесу, лишенный сентиментальности актер заплакал. А потом сказал: “Я должен успеть записать ее”. Френкель не знал, что певец смертельно болен, и дни его сочтены. Премьера “Журавлей” состоялась 7 мая 1969 года. Она прошла в редакции газеты “Комсомольская правда”, где на свою традиционную встречу “Землянка” собрались крупные военачальники и командиры Советской Армии, участники разгрома фашистских войск. Песню слушали в полной тишине, затаив дыхание. Когда отзвучал последний аккорд, аплодисментов не было... Маршал Советского Союза И.С. Конев подошел к Марку Бернесу: “Дорогой друг, как несправедлива судьба, что лишила нас, солдат, права плакать. Вы такое право нам вернули. Спасибо вам за это!” Мне кажется порою, что солдаты, С кровавых не пришедшие полей, Не в землю нашу полегли когда-то, А превратились в белых журавлей. Они до сей поры с времен тех дальних Летят и подают нам голоса. Не потому ль так часто и печально Мы замолкаем, глядя в небеса? Летит, летит по небу клин усталый - Летит в тумане на исходе дня, И в том строю есть промежуток малый - Быть может, это место - для меня... В июне Бернеса положили в больницу, откуда он через неделю отпросился у врачей на студию звукозаписи, чтобы записать “Журавлей” на пластинку, которая прошла с первого исполнения. Марк Наумович знал, что это его последняя в жизни запись. Буквально через день после записи он потерял голос, а 16 августа Марка Бернеса не стало. “Журавли”, действительно, cтали его лебединой песней... Умирая, Марк Бернес попросил принести ему фонограммы четырех песен: “Журавли”, “Я люблю тебя, жизнь”, “Романс Рощина”, “Три года ты мне снилась”. Его и хоронили не под звуки похоронного марша, а под фонограмму собственных песен, как завещал сам Марк Бернес; хоронили как народного артиста Советского Союза (указ о присвоении этого звания должен был быть подписан 19-го августа), только он об этом уже не узнал... Всенародно любимому певцу поставили памятник в его родном городе Нежинe. В основе скульптурной композиции – знаменитый кадр из кинофильма “Два бойца”: Аркадий Дзюбин сидит с гитарой в руках и поёт “Тёмную ночь”. A на постаменте надпись: “Я люблю тебя, жизнь”! В Одессе, в саду Литературного музея, поставлена скульптурная композиция песне “Шаланды, полные кефали...”, запечатлевшая рыбачку Соню и Костю-моряка. В Санкт-Петербурге есть мемориал “Журавли”, а в Саратове – памятник “Журавли”. А количество памятников фронтовым шофёрам, которым Марк Бернес посвятил песню”Эх, путь-дорожка, фронтовая!” в России просто “зашкаливает”. Второго такого несравненного эстрадного певца, вошедшего в список “100 великих артистов эстрады”, популярность которого не уступает знаменитому французскому шансонье Шарлю Азнавуру, в России больше нет! Таким остался лишь Марк Бернес!

Пост опубликован: 26.07.2024 07:06:02
Количество просмотров: 69

Противодействие коррупции
Выбор культурной столицы
Министерство культуры